Larry Lalonde о потере 60 гитар в пожаре
Larry Lalonde в недавнем интервью поговорил том, как потерял гитарное оборудование, собиравшееся годами, во время лесных пожаров в округе Лос-Анджелес в январе 2025 года.
«Да, это странное ощущение, потому что постепенно, вспоминая, думаешь: "О, а вот это..." — ведь у меня не всё было тщательно каталогизировано. Так что мало-помалу вспоминаешь: "О, вот эта гитара, вот та гитара..."
В общем, да, я пытаюсь собрать всё обратно по кусочкам. Больше всего я потерял синтезаторных гитар Roland. Я их коллекционировал, у меня их было очень много. Вот это восстановить особенно сложно, потому что таких инструментов в мире не так уж много».
После того как ведущий заметил, что Larry, наверное, в какой-то момент подумал: «Да это же просто вещи», — но, с другой стороны, это важные вещи, Larry ответил:
«Да, именно так работает мозг. Он говорит: "Это просто вещи".
На вопрос, изменил ли весь этот опыт его отношение к обладанию вещами — например, редкими и ценными гитарами, — Larry ответил:
«Наверное, не так уж сильно. Разве что в смысле: "Надо бы держать это в более безопасном месте".
Забавно, но большинство гитар оказались у меня дома как раз потому, что раньше они хранились на складе, а потом у одного моего друга-барабанщика взломали его бокс на складе и украли вещи. Так что я забрал всё со склада, думая, что дома будет безопаснее — и, судя по всему, ошибся.
Я знаю, что [блюз-роковый гитарист] Joe Bonamassa держит всё своё имущество в специальном хранилище в Голливуде. Наверное, именно там всё это и должно было находиться.
Я стараюсь смотреть на это так... Прежде всего, тут всё равно ничего не поделаешь. Так что единственное, что реально имеет значение, — это то, как ты на это реагируешь. Поэтому я стараюсь сохранять позитивный настрой. И, конечно, это отстойно. Речь шла примерно о 60 гитарах, куче педалей.
У меня даже была большая коробка действительно дорогих педалей, и я думал: "Ладно, вот съезжу и обменяю это на что-нибудь классное", потому что это были вещи, которыми я просто не пользовался. У меня было много всего, что я как раз собирался так обменять, — и оно тоже сгорело.
Но да, по идее, всё это должно расстраивать сильнее, чем расстраивает на самом деле. Просто, как я уже сказал, сделать с этим ничего нельзя. Как есть, так есть».
Если бы кто-то из котов не выбрался, я бы честно поменял... я бы согласился спасти всех котов вместо любых гитар. Никто не погиб, никто не пострадал — что касается нашего дома. Вот что действительно важно. Да, я потерял много гитар, а это целая жизнь коллекционирования...
Причём некоторые из них были дорогими — из тех, о которых думаешь: "Как я вообще могу потратить столько денег на гитару?" А потом всё равно тратишь».
В прошлом году LaLonde рассказывал журналу Guitar World об уничтоженном пожаром гитарном оборудовании:
«В последний раз, когда я считал, у меня было что-то около 58 гитар. Так что да, огромное количество. Вся моя домашняя студия... И вот, наверное, самый тупой поступок, который я когда-либо совершил в жизни: у меня был жёсткий диск на 12 гигабайт, который просто лежал на столе.
Он был там именно на такой случай, и я, наверное, раз двадцать пробегал мимо него, пока выносил вещи из дома в машину. Мне даже в голову не пришло его схватить. Это было просто самое глупое решение в мире. Не знаю, откуда взялся этот "блок" в голове, ведь диск лежал там именно для этого. В общем, обидно. Но да, это был самый безумный момент».
Далее LaLonde рассказал, что с ним связался Пол Рид Смит и прислал ему две «потрясающие» гитары, «потому что я потерял все свои PRS, кроме одной», чтобы помочь заменить хотя бы часть уничтоженных инструментов.
На вопрос, была ли среди утраченных гитар какая-то особенно значимая лично для него, LaLonde ответил:
«Есть один Strat, на котором я играл на всех первых записях PRIMUS — например, на "Sailing On The Seas Of Cheese". Это как раз та гитара, что у меня в руках на той известной фотографии. Она была у меня ещё со школы, и вот она как раз и сгорела [в пожаре].
Но первое, что я схватил, когда подумал: "Нам надо валить отсюда к чёрту", — была двухгрифовая гитара, которую мне подарил Alex Lifeson [RUSH]. Так что кое-что из дома всё же удалось спасти, но многое — нет. И из того, что не удалось спасти, сразу вспоминается именно тот Strat, на котором я играл вплоть до перехода на PRS».
